"Иное грубое нарушение правил эксплуатации транспортных средств", как признак состава преступления, предусматривавшегося ст. 211-2 УК РСФСР. Обоснованна ли декриминализация?

Аватар пользователя Лукашин Игорь Владимирович

На главную страницу



Страница не найдена

Страница не найдена

404 ошибка

404 ошибка на сайте

Если вы уверены, что это недоразумение или ошибка, напишите в Службу поддержки
В письме не забудьте указать ссылку на страницу.

Страница не найдена

Страница не найдена

404 ошибка

404 ошибка на сайте

Если вы уверены, что это недоразумение или ошибка, напишите в Службу поддержки
В письме не забудьте указать ссылку на страницу.


"Иное грубое нарушение правил эксплуатации транспортных средств", как признак состава преступления, предусматривавшегося ст. 211-2 УК РСФСР. Обоснованна ли декриминализация?

Автор: Козун А.В.


Уголовный кодекс РСФСР (1960 г.) в качестве разновидности признаков объективной стороны состава преступления, предусматривавшего ответственность за выпуск в эксплуатацию транспортных средств с техническими неисправностями, содержал указание на "иное грубое нарушение правил их эксплуатации". Новый Уголовный закон не воспринял эту норму в той форме, в которой предусматривал ее предшествующий кодекс. Формулируя диспозицию состава преступления, предусмотренного ст. 266 УК России, законодатель не включил в нее "иное грубое нарушение правил эксплуатации транспортных средств".


Признаком "иного грубого нарушения правил эксплуатации", по тексту постановления Пленума Верховного суда, охватывались следующие деяния: допуск к управлению транспортным средством лица, не имеющего, лишенного водительских прав, либо не имеющего соответствующей категории на управление тем или иным видом транспорта, грубое нарушение режима работы водителя, а также невыполнение иных требований, направленных на обеспечение безопасности эксплуатации транспорта лицом, ответственным за техническое состояние или эксплуатацию транспортных средств (например, допуск водителей имеющих медицинские противопоказания для работы по управлению транспортом)[1].


Мы согласны с мнением профессора А. И. Коробеева о том, что "...в процессе реформирования Уголовного кодекса возникла пробельность в наказуемости одного из достаточно опасных посягательств на транспортную деятельность. В новой редакции ст. 266 (недоброкачественный ремонт транспортных средств и выпуск их в эксплуатацию с техническими неисправностями) закон не предусматривает наступления уголовной ответственности за "иное грубое нарушение правил эксплуатации". В результате лица, допускающие к управлению транспортных средств водителей, не имеющих или лишенных водительских прав или не допущенных по медицинским показаниям к работе в качестве водителей транспортных средств, либо отстраненных по этим показателям от данной работы, а также грубо нарушающих режим работы водителей, - отныне будут избегать уголовной ответственности"[2].


По нашему мнению, у законодателя не было достаточных оснований для полной декриминализации этой разновидности общественно опасного поведения. Необходимость декриминализации вызывается рядом правообразующих факторов: недопустимостью, невозможностью и нецелесообразностью дальнейшей борьбы с определенным поведением мерами уголовно-правового воздействия, что вытекает из деактуализации критериев или оснований криминализации социально опасного поведения. Не вдаваясь в существующие сегодня в теории и на практике проблемы криминализации, отметим, что в настоящее время в науке уголовного права насчитывается около 20 факторов, служащих основанием для установления уголовно-правового запрета, причем их перечень постоянно увеличивается [3]. Но в качестве основных правообразующих факторов криминализации большинство авторов единогласно называют высокую степень общественной опасности определенного поведения, его относительную распространенность и типичность, причинение такими деяниями материального и морального вреда общественным отношениям, невозможность успешной борьбы с ними менее репрессивными мерами [4].

Как показывает анализ судебно-следственной практики, общественная опасность некоторых разновидностей "иного грубого нарушения правил эксплуатации транспортных средств" была и остается по на достаточном уровне, чтобы считаться преступным[5].Так, 27 июля 1990 г. В. и А. на автомашине ГАЗ-53 приехали в деревню Усть-Тамак Знаменского района Омской области. Ответственным за техническое состояние и эксплуатацию транспортного средства был В., который и вел автомашину. А. попросил разрешения съездить домой. В. отдал ключи зажигания и разрешение на эксплуатацию автомобиля, зная, что А. не имеет навыков управления и водительского удостоверения. В результате на повороте улицы, А. не справился с управлением и совершил наезд на игравших детей. Малолетний Рустам погиб на месте происшествия, Тагиру причинены тяжкие телесные повреждения, а А. Ринату - легкие телесные повреждения, повлекшие за собой кратковременное расстройство здоровья. Суд приговорил А. по ч. 2. ст. 211 УК РСФСР к 4 годам лишения свободы, В. - по ст. 211-2 УК РСФСР к трем годам лишения свободы[6].


Пример показывает, что "иное грубое нарушение правил эксплуатации" не перестает быть менее актуальным и распространенным в настоящее время. Норма, действующая в унисон с экономическими, социальными, идеологическими и другими факторами, является полезной и эффективной, воздействуя на причины соответствующих общественно опасных проявлений, а если противоречит - то оказывается малоэффективной, а порой и приносящей вред.


Анализ уголовных дел анализируемой категории преступлений, показывает, что 75% от их общего количества возбуждалось именно по признакам иного грубого нарушения правил эксплуатации транспортных средств. Проблем в реализации норм материального права в ходе следствия не было, поскольку в 80% случаев оно заканчивалось вынесением приговора. Другими нормами Уголовного кодекса России эти деяния не регламентируются[7]. Объективных же предпосылок существования уголовно-правового запрета за выпуск в эксплуатацию транспортных средств с техническими неисправностями много меньше чем за отдельные разновидности "иного грубого нарушения правил эксплуатации транспортных средств". На предприятиях и в организациях, эксплуатирующих транспорт в сельской местности, в настоящий период времени, службы технического контроля за безопасной эксплуатацией транспорта действуют недостаточно эффективно и сообразно социальным потребностям. Несмотря на то, что 85% этих преступлений совершается именно в сельской местности, количество штатных единиц, занятых в этой сфере, транспортных средств и сельскохозяйственной техники, принадлежащих государственной монополии сокращается. Практически полностью отсутствует ремонтно-техническая база. Эти обстоятельства серьезно уменьшают объективные предпосылки возможности существования этого уголовно-правового запрета и фактически склоняют законодателя в сторону исключения данного вида преступления, что делает его менее обусловленным, по сравнению с иным грубым нарушением правил эксплуатации.


В то же время, в процессе изучения судебно-следственной практики не было выявлено ни одного случая возбуждения уголовных дел по другим видам (кроме рассмотренного) преступного поведения, признававшегося как "иное грубое нарушение правил эксплуатации транспортных средств". На наш взгляд, такие деяния, как грубое нарушение режима работы водителей, допуск к управлению транспортным средством лица, находящегося в утомленном состоянии и др., признававшиеся ранее действующим законодательством и судебной практикой в качестве уголовно-наказуемого "иного грубого нарушения правил эксплуатации транспортных средств" являлись своего рода издержками научной мысли, и поэтому, обоснованно были декриминализированы.


Подводя итог сказанному, считаем целесообразным возвращение на законодательном уровне к признаку "иного грубого нарушения правил эксплуатации транспортных средств", в той его части, которая выражается в допуске к управлению транспортным средством лица, не имеющего, лишенного водительских прав, либо не имеющего соответствующей категории на управление тем или иным видом транспорта, лицом, ответственным за техническое состояние или эксплуатацию транспортных средств. На наш взгляд, у законодателя не было достаточно веских оснований для исключения уголовной ответственности за этот вид общественно опасного поведения, о чем свидетельствуют результаты проведенного нами исследования. Введение данного запрета будет способствовать не только улучшению показателей безопасности на автомобильном, но также и на всех иных видах транспорта, охватываемых диспозицией ст. 266 УК России.



5. См.: Архив ИЦ УВД Омской области. - Уг. дела № 365 за 1993 г., № 122 за 1991 г., № 228 за 1991 г.; Архив Кировского районного суда г. Омска. - Уг. дело № 1-318 за 1993 г.; Архив Москаленского районного суда Омской области. - Уг. дело № 1-101 за 1991 г.; Архив Саргатского районного суда Омской области. - Уг. дела № 1-129 за 1993 г., № 1-105 за 1994 г.; Архив Советского районного суда г. Омска. - Уг. дело № 1-342 за 1997 г.; и др.


6. См.: Архив Знаменского районного суда Омской области за 1990 г. Уг. дело № 108842.


7. См.: Комментарий к Правилам дорожного движения Российской Федерации, Основным положениям по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностям должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения / Под ред. В.А. Федорова. - М., 1996. - С. 11; Уголовное право: Особенная часть. / Под ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамовой, Г.П.Новоселова. - М., 1997. - С. 540.


Порядок отображения: 
0
Группы: