Некоторые условия удовлетворения иска о защите чести и достоинства в российской и зарубежной практике

Аватар пользователя Светличный Алексей Дмитриевич
  • Текст
  • Кратко
  • Справка
  • Рецензии*

Развитие свободы слова за последние несколько десятилетий достигло наибольшего распространения.Не будет преувеличением сказать, что свобода слова сейчас реализуется как никогда раньше в истории человечества.Признание принципа свободы слова стало неотъемлемым атрибутом современного демократического, в первую очередь, западного общества.Нормативное закрепление этот институт получил в Конвенции от 4 ноября 1950 г.о защите прав человека и основных свобод2.В России право на свободу слова гарантируется Конституцией Российской Федерации3, где в ст.29 сказано, что каждому гарантируется свобода мысли и слова, каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом.Аналогичные законоположения есть в большинстве развитых правопорядках.Свободе выражать своё собственное мнение способствует бурное развитие науки и техники.Доступность и упрощённая форма копирования информации достигла невиданных ранее масштабов.Сетевые технологии возвели на совершенно новый уровень возможность выражать и доводить своё мнение до неограниченного числа лиц.

В то же время принцип свободы слова небезграничен и не может быть возведён в абсолют.Распространение свободы слова неизбежно сталкивается с другими неотъемлемыми правами человека и гражданина – правами, связанными с неприкосновенностью частной жизни. Недалеко уйдём от истины, если скажем, что свобода слова и неприкосновенность частной жизни находятся в постоянном антагонизме.И всё же логика развития общественных отношений показывает, что в будущем принципу свободы слова будет отдаваться предпочтение.Обратной стороной свободы слова является свобода лживого слова.Правом свободно высказывать своё мнение (как и любым другим правом) можно и злоупотреблять.А если такая возможность есть, то можно смело утверждать, что отдельные члены общества будут ей активно пользоваться.Оставим за скобками мотивы таких действий, но укажем, что закон предоставляет любому лицу право защищать свои нарушенные права.В частно-правовой сфере для защиты личных неимущественных прав используется, в том числе, иск о защите чести и достоинства.В зарубежной литературе такой иск называют диффамационным4.

Основной целью настоящей статьи является анализ некоторых условий удовлетворения иска о защите чести и достоинства в России и в некоторых зарубежных странах.Для достижения этой цели будут последовательно исследованы условия удовлетворения иска о защите чести и достоинства в России, англосаксонских странах и в Германии.На основании проведённого анализа будут сделаны определённые рекомендации для развития этого института в России. Обозначим рамки исследования: с одной стороны, анализ коснется в основном защиты чести и достоинства физических лиц; с другой стороны, вопросы публично-правовой ответственности в этой сфере упомянуты вскользь и исследоваться не будут.

В зависимости от степени общественной опасности закон по-разному подходит к отношениям по защите чести и достоинства.

В уголовном праве предусмотрена ответственность за совершение преступления по ст.128.1 Уголовного кодекса Российской Федерации5, которая содержит санкцию за клевету.Под клеветой понимается распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию.Отягчающими квалифицирующими признаками, являются, в частности, клевета, содержащаяся в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации.Закон также устанавливает и административную ответственность за попирание чести и достоинства.Например, такая ответственность предусмотрена в ст.5.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях6, которая называется «Непредоставление возможности обнародовать опровержение и иное разъяснение в защиту чести, достоинства и деловой репутации»7.

В частно-правовой сфере честь и достоинство защищаются гражданско-правовыми способами.Уделим этому более пристальное внимание и последовательно разберём правовое регулирование защиты чести и достоинства сначала в России, а затем в зарубежных странах.

В соответствии со ст.152 ГК РФ8 (далее – ГК РФ) гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.По требованию заинтересованных лиц допускается защита чести, достоинства и деловой репутации гражданина и после его смерти.Для восстановления чести и достоинства гражданин вправе воспользоваться общими способами защиты гражданских прав, перечисленных в ст.12 ГК РФ.Этот перечень существенно дополнен специальными способами защиты из ст.152 ГК РФ.К ним относятся: право требовать по суду опровержения порочащих сведений или опубликования своего ответа; удаления соответствующей информации; право требовать замены или отзыва документа, исходящего от организации; пресечения или запрещения дальнейшего распространения порочащих сведений путём изъятия и уничтожения без какой бы то ни было компенсации изготовленных в целях введения в гражданский оборот экземпляров материальных носителей, содержащих указанные сведения; признания распространённых сведений не соответствующих действительности; возмещения убытков; компенсации морального вреда.При этом в соответствии с ч.9 ст.152 ГК РФ заинтересованное лицо вправе использовать одновременно несколько способов защиты нарушенного права.

Каковы же в целом условия удовлетворения иска о защите чести и достоинства по российскому гражданскому праву? Ответ на этот вопрос находится в п.7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 г.№ 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц»9 (далее – Постановление Пленума).

Таковых условий всего три:

1.факт доказанности распространения ответчиком сведений об истце;

2.факт того, что эти сведения порочат честь и достоинство истца;

3.факт того, что эти сведения не соответствуют действительности.

В силу п.9 Постановления Пленума факт № 1 и № 2 в ходе судебного разбирательства обязан доказать истец.Обязанность доказывания факта № 3 лежит на ответчике.При недоказанности либо отсутствии хотя бы одного из этих условий иск подлежит отклонению и не может быть удовлетворён судом.

Интересное положение, касающееся субъекта предъявления иска, находится в абз.4 п.9 названного Постановления Пленума.Оно гласит, что в соответствии со ст.3 и 4 Декларации о свободе политической дискуссии в СМИ, принятой 12 февраля 2004 г.на 872-м заседании Комитета Министров Совета Европы, политические деятели, стремящиеся заручиться общественным мнением, тем самым соглашаются стать объектом общественной политической дискуссии и критики в СМИ.Государственные должностные лица могут быть подвергнуты критике в СМИ в отношении того, как они исполняют свои обязанности, поскольку это необходимо для обеспечения гласного и ответственного исполнения ими своих полномочий.

Здесь можно обозначить следующие промежуточные выводы. В России для удовлетворения иска о защите чести и достоинства необходимо доказать наличие трёх указанных выше условий.Эти условия не закреплены нормативно, а приняты только на уровне разъяснения высшей судебной инстанции – Пленума Верховного Суда РФ.На практике эти правила мало отличаются от положений закона и носят обязательный характер.Суды должны применять их при вынесении решений при рассмотрении и разрешении конкретных гражданских дел о защите чести и достоинства.Также можно отметить, что российский закон для удовлетворения иска фактически не делает различий для споров, где в качестве истца выступает публичная фигура: политический деятель, государственный (муниципальный) служащий, должностное лицо и т.п. Косвенно на отличие в этих делах указано в упомянутом выше п.9 Постановления Пленума, но не более того.

Теперь исследуем опыт правового регулирования заявленной темы в некоторых зарубежных правопорядках.Как известно, англо-саксонская правовая система имеет прецедентный характер.Это позволяет проследить эволюцию правовых позиций в США на этот вопрос.Для анализируемой сферы имеют значение два прецедента по схожим делам, рассмотренных Верховным Судом США.Первое дело «New York Times Co v.Sullivan»10 датируется 1964 г.В этом споре начальник полиции обратился с диффамационным иском к газете за публикацию недостоверных материалов.В одной из заметок газеты утверждалось, что известного борца за права чернокожих Мартина Лютера Кинга полиция арестовывала 7 раз, а на самом же деле только 4 раза.

Верховный Суд США отклонил этот иск и указал, что для его удовлетворения истцу следует доказать, что ответчик действовал со «злыми намерениями».Это означает, что если у ответчика имелись даже некоторые основания полагать, что распространяемые им сведения истинны, то он не будет нести ответственность даже в том случае, если позже эти сведения окажутся недостоверными.

Вторым прецедентом, закрепившим вышеуказанную правовую позицию, является дело «St.Amant v.Thompson»11, рассмотренное Верховным Судом США в 1968 г.Вкратце суть спора такова.Один из претендентов по пост сенатора от штата Луизиана во время избирательной компании в телевизионном обращении обвинил несколько государственных чиновников штата в совершении различных преступлений.Один из этих чиновников (заместитель шерифа Thompson), обвинённый в получении взятки, предъявил иск о защите чести и достоинства (диффамационный иск).Судебные инстанции приняли по делу противоположные решения и спор поступил на рассмотрение в Верховный Суд США, который подавляющим большинством голосов разрешил дело в пользу кандидата, распространившего информацию.Причём в ходе судебных процессов информация о получении полицейским чиновником взятки не подтвердилась.Было установлено, что ответчик не проверил полученную им информацию.Верховный Суд США мотивировал своё решение тем, что истец в данном деле должен был доказать не только и не столько факт распространения информации и порочащий её характер.Ключевым условием удовлетворения иска, по-мнению суда, является доказательство «злых намерений» ответчика, а так же того, что последний испытывал серьёзные сомнения в истинности своих утверждений.

После этого решения в праве США установлена высокая и труднопреодолимая преграда на пути удовлетворения диффамационных исков, подаваемых публичными фигурами.Об этом свидетельствует то, что в США после 1968 года таких споров в практике судов практически не встречается.Именно этот прецедент значительно расширил в США свободу слова.Критика публичных фигур (в том числе необоснованная) фактически выведена из-под угрозы предъявления иска о защите чести и достоинства.Публичные лица, таким образом, вынуждены терпеть в свой адрес обвинения в различных злоупотреблениях и преступлениях и ничего не могут с этим поделать.Важно, что данный прецедент касается только ограниченного круга исков, а именно: исков, подаваемых так называемыми публичными фигурами, под которыми следует понимать: государственных чиновников, политиков, сенаторов, миллионеров и иных знаменитых личностей.То есть частные лица вправе требовать судебного восстановления своих личных неимущественных прав в общем порядке.Эта правовая позиция получила поддержку Верховного Суда США в 1973 году в деле «Gertz v.

Robert Welch, Inc.»12.

Однако такой подход прижился не во всех странах общего права.В частности, анализ доступных источников показал, что в Канаде считается недопустимым установление в подобных делах столь жёстких формализовано-трафаретных правил.В каждом конкретном деле суду необходимо выносить решения, исходя из баланса интересов каждой стороны и общества в целом.Такая правовая позиция была высказана Верховным Судом Канады 1995 году в деле «Hill v.Church of Scientology of Toronto»13.Насколько можно судить, такая же позиция также получила признание в судах Австралии и Новой Зеландии.Однако нельзя сказать, что развитие диффамационного права в странах общего права приостановилось.Косвенно о его развитии и, видимо, о наличии определённых пробелов говорит то, что в Великобритании в 2013 г.был принят новый Диффамационный Акт (Diffamation Act, 2013)14.

В странах же континентального права превалирует другой подход.В частности, в Германии защита чести и достоинства традиционно охранялась особыми мерами и свобода распространения информации не достигала такого уровня, как в США.Подход заключается в следующем.Суды в подобных спорах должны принимать решения, исходя из поиска баланса между интересам противоборствующих сторон.Если ответчик предпринял достаточные действия для проверки спорной информации на соответствии её действительности, то диффамационный иск должен быть отклонён.В противном же случае право на свободу распространения ответчиком своего мнения должно уступить праву на неприкосновенность частной жизни.Такой взгляд был выражен в мотивировке ряда решений Федерального Конституционного Суда Германии в делах 2016 г.(1 BvR 3388/14, 1 BvR 2723/15).Как видно, такой подход в известной степени противоречит прецедентной правовой позиции, доминирующей в США.

По итогу приведём некоторые выводы. Наиболее сбалансированной и обоснованной позицией на вопрос об условиях удовлетворения диффамационных исков выглядит позиция немецкой цивилистической науки.В пользу этой точки зрения можно привести следующие аргументы:

1.Если признать допустимым возможность публиковать что угодно, то о каком доверии к такой информации можно говорить? Вполне естественно, что доверие к такой информации будет довольно низкое.Причём лица, в отношении которых такие сведения публикуется, не обязаны на неё отвечать.По-крайней мере, закон не вменяет им в обязанность опровергать эту информацию.Как следствие можно представить себе ситуацию, когда действительно обоснованные утверждения о злоупотреблениях должностных лиц попросту «утонут» в потоке другой необоснованно-дискредитирующей информации.В этом случае, о сохранении какого публичного интереса можно вести речь? Очевидно, что в таких условиях доверие к средствам массовой информации будет подорвано или по-крайней мере сильно дискредитировано.

2.

Гораздо логичнее вывести ответчика из-под удара диффамационного иска при условии, что он предпринял все разумные и достаточные попытки для проверки распространяемой им информации.Преимуществом такого подхода является то, что с истца слагается бремя доказывания «злых намерений» ответчика.Основное бремя доказывания истинности спорных фактов перекладывается как раз на ответчика, то есть на лицо, распространившее порочащие сведения.Именно он должен доказать, что у него были разумные и достаточные основания для веры в истинность этих фактов.Отсюда немедленно следует, что у средств массовой информации не будет стимула к публикации любой непроверенной информации и доверие к ним будет находиться на высоком уровне.

Кроме этого следует сказать, что есть множество примеров неудачных заимствований в отечественном гражданском законодательстве.Поэтому в условиях динамично меняющихся общественных отношений, своеобразия правовых культур и обычаев, к шагам по привитию в отечественный правопорядок иностранных заимствований следует подходить весьма обдуманно и взвешенно.Закрепление в правоприменительной практике российских судов дифференциации условий удовлетворения диффамационного иска в зависимости от того, кто его предъявляет (публичное или частное лицо) представляется преждевременным.Проведённый анализ ни в коем случае не претендует на истину в последней инстанции.Обозначенная проблематика нуждается в дальнейших теоретических и практических исследованиях.Безусловно, права на неприкосновенность частной жизни, честь и достоинство личности должны находиться под защитой, в том числе, гражданско-правового закона.Однако, ключевым здесь представляется поиск такого правового решения, которое учитывало бы разумный баланс общественных и личных интересов.

Список использованных источников

  • Каменева З.В.Диффамация и её признаки // Адвокат.2014.№ 7.
  • Архиереев Н.В.К вопросу о сущности диффамации на примере сравнительного анализа правового регулирования диффамации в Англии, США, Израиле и России // Юрист.2016.№ 16.
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
Проблемы и решения: 

Принцип свободы слова небезграничен и не может быть возведён в абсолют. Распространение свободы слова неизбежно сталкивается с другими неотъемлемыми правами человека и гражданина – правами, связанными с неприкосновенностью частной жизни.

Основной целью настоящей статьи является анализ некоторых условий удовлетворения иска о защите чести и достоинства в России и в некоторых зарубежных странах. Для достижения этой цели будут последовательно исследованы условия удовлетворения иска о защите чести и достоинства в России, англосаксонских странах и в Германии. На основании проведённого анализа будут сделаны определённые рекомендации для развития этого института в России.

Таковых условий всего три:

1. факт доказанности распространения ответчиком сведений об истце;

2. факт того, что эти сведения порочат честь и достоинство истца;

3. факт того, что эти сведения не соответствуют действительности.

В России для удовлетворения иска о защите чести и достоинства необходимо доказать наличие трёх указанных выше условий. Эти условия не закреплены нормативно, а приняты только на уровне разъяснения высшей судебной инстанции – Пленума Верховного Суда РФ. На практике эти правила мало отличаются от положений закона и носят обязательный характер. Суды должны применять их при вынесении решений при рассмотрении и разрешении конкретных гражданских дел о защите чести и достоинства. Также можно отметить, что российский закон для удовлетворения иска фактически не делает различий для споров, где в качестве истца выступает публичная фигура: политический деятель, государственный (муниципальный) служащий, должностное лицо и т.п.

Наиболее сбалансированной и обоснованной позицией на вопрос об условиях удовлетворения диффамационных исков выглядит позиция немецкой цивилистической науки. В пользу этой точки зрения можно привести следующие аргументы:

1. Если признать допустимым возможность публиковать что угодно, то о каком доверии к такой информации можно говорить? Вполне естественно, что доверие к такой информации будет довольно низкое. Причём лица, в отношении которых такие сведения публикуется, не обязаны на неё отвечать. По-крайней мере, закон не вменяет им в обязанность опровергать эту информацию. Как следствие можно представить себе ситуацию, когда действительно обоснованные утверждения о злоупотреблениях должностных лиц попросту «утонут» в потоке другой необоснованно-дискредитирующей информации. В этом случае, о сохранении какого публичного интереса можно вести речь? Очевидно, что в таких условиях доверие к средствам массовой информации будет подорвано или по-крайней мере сильно дискредитировано.

2. Гораздо логичнее вывести ответчика из-под удара диффамационного иска при условии, что он предпринял все разумные и достаточные попытки для проверки распространяемой им информации. Преимуществом такого подхода является то, что с истца слагается бремя доказывания «злых намерений» ответчика. Основное бремя доказывания истинности спорных фактов перекладывается как раз на ответчика, то есть на лицо, распространившее порочащие сведения. Именно он должен доказать, что у него были разумные и достаточные основания для веры в истинность этих фактов. Отсюда немедленно следует, что у средств массовой информации не будет стимула к публикации любой непроверенной информации и доверие к ним будет находиться на высоком уровне.

Кроме этого следует сказать, что есть множество примеров неудачных заимствований в отечественном гражданском законодательстве. Поэтому в условиях динамично меняющихся общественных отношений, своеобразия правовых культур и обычаев, к шагам по привитию в отечественный правопорядок иностранных заимствований следует подходить весьма обдуманно и взвешенно. Закрепление в правоприменительной практике российских судов дифференциации условий удовлетворения диффамационного иска в зависимости от того, кто его предъявляет (публичное или частное лицо) представляется преждевременным.

Zip_слово: 
диффамация
Статус автора: 
Преподаватель
Отрасли: 
Гражданское право
Описание статьи / тезисов
Публикуются: 
Статья
Тип статьи / тезисов: 
Сравнительно-правовая
Article name /Название статьи (анг.): 
Some of the conditions of satisfaction of the claim about protection of honor and dignity in Russian and foreign practice
Аннотация: 
В статье анализируются условия удовлетворения иска о защите чести и достоинства (диффамационного иска) в России и в некоторых зарубежных странах. Автор выделяет особенности рассмотрения и разрешения судами дел о защите чести и достоинства, которые присущи зарубежным правопорядкам. В статье автор предлагает свой взгляд на условия удовлетворения иска о защите чести и достоинства в зависимости от фигуры истца.
Annotation/ Аннотация (анг.): 
The article analyzes the conditions of satisfaction of the claim about protection of honor and dignity (defamation claim) in Russia and in some foreign countries. The author identifies the peculiarities of consideration and resolution by courts of cases on protection of honor and dignity that are inherent in the different legal systems. In the article the author offers his view on the conditions of satisfaction of the claim about protection of honor and dignity, depending on the shapes of the plaintiff.
Направляется в редакцию: 
Журнал "Правовые технологии"
Статус статьи/тезисов: 
Публикуется впервые