УК РФ

Аватар пользователя Турышев Александр Александрович

Мотив преступления: законодательное представление

  • Текст
  • Кратко
  • Справка
  • Рецензии*

В рамках разработки информационной модели уголовного законодательства произведен анализ отражения мотивов в законодательных конструкциях Особенной части УК РФ по состоянию на 29.07.2018 г.Системный характер исследования позволил увидеть закономерности мотивации преступного поведения и ее отражение в основных и квалифицированных составах преступлений.Статья содержит статистические выкладки и авторские пояснения.
 
Следует различать два значения мотива: мотив преступления - как побудительная причина конкретного преступления, а также мотив состава преступления - как указанный законодателем в диспозиции конкретного состава преступления побуждение, направленное на его совершение.
 
Как множество всех преступлений формирует такое понятие как преступность, так и множество мотивов в Особенной части УК РФ позволяет говорить о мотивации преступного поведения.
 
По распространенности в тексте уголовного закона можно выделить три наиболее встречаемых мотива совершения преступления:
1.Корыстный мотив (24 упоминания) – 17 осн./ 7 квалиф.состав;
2.Хулиганский мотив (16 упоминания) – 11 основ./ 5 квалиф.состав;
3.Экстремистский мотив (14 упоминания) – 5 основ./ 9 квалиф.состав.
Можно утверждать, что такое распределение мотивации в целом согласуется со структурой преступности в Российской Федерации.

 ​Диаграмма 1.Мотивы преступления в Особенной части УК РФ.

Мотивы преступления в Особенной части УК РФ

При этом статистические данные выявили интересную особенность с экстремистским мотивом, где соотношение встречаемости в основных/квалифицированных составах является 1 к 2.В корыстном и хулиганском мотиве такое соотношение обратно пропорционально и составляет 2 к 1.Такая особенность экстремистского мотива свидетельствует скорее всего о его политизированном характере (авторское предположение) и требует более детального изучения в отдельной статье.

Количественная встречаемость мотивов в основных составах преступлений Особенной части УК РФ показывает истоки происхождения преступной мотивации, которая несколько отличается от обобщенной характеристики.
1.Корыстный мотив – 33 %;
2.Хулиганский мотив – 21 %;
3.Личный мотив – 19 %;
4.Экстремистский мотив – 9 %;
5.Мотив мести – 6 %. 

Диаграмма 2.Мотивы в основных составах преступлений.
Мотивы в основных составах преступлений

В квалифицированных составах преступлений содержание мотивации выглядит несколько иным образом:
1.Экстремистский мотив – 41 %;
2.Корыстный мотив – 32 %;
3.Хулиганский мотив – 23 %;
4.Мотив мести – 4 %.

Диаграмма 3.Мотивы в квалифицирующих признаках.

Мотивы в квалифицирующих признаках

Таким образом, в основных составах преступлений преобладающим побуждением является корыстный мотив, а в квалифицированных составах – экстремистский мотив.
В заключении, хотелось бы обратить внимание на форму представления мотива преступления в тексте уголовного закона.

Наиболее встречаемы три словесные формы:
1.Побуждение (18 упоминаний);
2.Мотив (16 упоминаний);
3.Заинтересованность (14 упоминаний).

 Диаграмма 4.Формы текстуального выражения мотива преступления.
Формы текстуального выражения мотива преступления

Таким образом, следует признать равноценность с точки зрения законодателя использование трех синонимичных текстуальных обозначений мотива преступления: побуждение - мотив - заинтересованность.Особую сложность представляют случаи установления мотива преступления в диспозициях, где он подразумевается и представлен в скрытых формах, например через эмоционально заряженные действия (надругательство, осквернение, явное неуважение к обществу выражающее грубое нарушение порядка, направленные на полное или частичное уничтожение национальной, этнической, расовой или религиозной группы) или через направленность действий (в зависимости от его пола ..., по признакам пола ...).
Таким образом, уголовно-правовая мотивация обладает уникальной матрицей мотивов в Особенной части УК РФ и может в будущем использоваться для более точной настройки уголовно-правового инструментария борьбы с преступностью.

  • 1
  • 2
Article name /Название статьи (анг.): 
Crime motive: legislative representation
Аннотация: 
Статья исследует Особенную часть УК РФ на предмет отражения мотива преступления. Выявлены самые распространенные мотивы совершения преступления, распределение их в основных и квалифицированных составах преступления. Автором проанализированы текстуальные формы представления мотива преступления в УК РФ.
Annotation/ Аннотация (анг.): 
The article examines the Special Part of the Criminal Code for a reflection of the motive of the crime. Revealed the most common motives for the commission of a crime, their distribution in the main and qualified corpus delicti. The author analyzed the textual forms of representation of the crime motive in the Criminal Code of the Russian Federation.
Zip_слово: 
Мотив
Картинка: 
Отрасли: 
Уголовное право
Аватар пользователя Турышев Александр Александрович

Некоторые аспекты совершенствования уголовной ответственности за транспортные преступления

  • Текст
  • Кратко
  • Справка
  • Рецензии*

«Выражение законодательной мысли в словах, при современном состоянии юриспруденции, как говорил П.И.Люблинский, представляет собой сложный технический процесс, изучение которого имеет несомненную важность для правильного понимания велений закона.Техническое несовершенство есть несовершенство всего права, недостаток, который наносит ущерб всем формам, задачам и целям права.Особенной сложности достигает этот процесс в современных кодексах, стремящихся достигнуть одновременно трех основных качеств: краткости, ясности и точности своих определений»1.Это высказывание классика уголовного права остается актуальным и по сей день.Многие институты и нормы уголовного законодательства Российской Федерации и, в частности, глава о транспортных преступлениях требуют определенной корректировки и совершенствования.

Одним из основных приемов правильного построения законодательной материи является четкое выражение сути преступления через признаки состава правонарушения в конкретной статье Уголовного кодекса (Далее – УК) либо их совокупности.Вместе с тем, исследование основной части составов преступлений, посягающих на безопасность движения и эксплуатации транспорта (ст.ст.263-269 УК) свидетельствует о том, что законодатель не всегда последователен в технике построения норм уголовного закона.В этом институте уголовного закона (за исключением ст.267 УК) говориться о нарушении специальных правил на транспорте – движения и эксплуатации, ремонта и выпуска, а также строительства применительно к магистральным трубопроводам.Грамматическое толкование признаков преступного деяния состава преступления, предусмотренного ст.263 УК, позволяет сделать вывод о наличии логического диссонанса между сущностью признаков преступного явления и

ее текстуальным выражением.Движение и эксплуатация железнодорожного, воздушного, морского и внутреннего водного видов транспорта, а также метрополитена поставлены в законе во взаимозависимое положение союзом «и».Буквально из этого следует, что совершение данного преступления по законодательной логике возможно только при наличии обоих видов нарушений.Однако, техническая, правоприменительная и судебная практика свидетельствуют об обратном.Причинение преступных последствий возможно как в результате нарушения правил безопасности движения на данных видах транспорта, так и нарушения правил их эксплуатации.Движение и эксплуатация – несколько разные сферы извлечения полезных свойств источника повышенной опасности.Они имеют, как правило, неодинаковую правовую природу и нормативное регулирование.Нарушение правил безопасности движения этих видов транспорта может представлять такую же опасность, как и нарушение правил их эксплуатации.Кроме того, законодатель в ст.ст.

264 и 268 УК, где речь ведется о нарушении аналогичных правил, указал между признаками преступного поведения союз «или», тем самым, показав их самостоятельное уголовно-правовое значение.Практика не лишена примеров, когда ущерб отношениям транспортной безопасности причинялся в результате нарушения обоих видов правил.Таким образом, является очевидной необходимость замены союза «и» на одновременное указание как союза «и», так и «или» между признаками преступного поведения, указанного в диспозиции ст.263 УК. Следует отметить, что данное предложение далеко не является новым, поскольку в разное время о подобном изменении закона уже высказывались такие ученые как А. И.Коробеев, А. И. Чучаев, А.В.Галахова, Б.А.Куринов и др.Но до сих пор оно не является воспринятым законодателем.

Своеобразной «визитной карточкой» каждой статьи уголовного закона является ее название.В связи с этим, нам представляется целесообразной замена соединительного союза «и» на одновременное закрепление в признаках названия нормы как соединительного так и разделительного

союзов в рамках ст.ст.263, 264 и 266 УК.При такой формулировке названий этих норм закон будет адекватно отражать их сущность, облегчит процесс толкования и применения уголовно-правовых запретов.

По этому поводу справедливо замечание профессора А.И.Коробеева, который говорит, что «...при конструировании норм об ответственности за некоторые виды транспортных преступлений нельзя игнорировать специфики характера нарушаемых правил.Следует не только сохранить ныне существующее разграничение составов в зависимости от характера нарушаемых правил, но и продолжить эту тенденцию до ее логического завершения, т.е.установить в отдельных нормах ответственность за нарушение правил безопасности движения всех видов транспорта и за нарушение правил безопасности их эксплуатации, ремонта (курсив мой К.А.)»2.Такой подход позволит обеспечить одномасштабную оценку посягательств на различные стороны безопасного функционирования всех видов механических транспортных средств и преодолеть, наконец, имеющиеся пробелы в их неадекватной уголовной наказуемости3.

Необходимо обратить внимание законодателя также на то, что закрепление в одной диспозиции закона (например, в ст.ст.266 и 267 УК) нескольких самостоятельных составов преступления отрицательно сказывается на выяснении действительной картины состояния преступности, не способствует выявлению ее действительных тенденций.Это влечет за собой перверсионную латентность.Между тем, очевидно, что в процессе законотворчества необходимо стремиться к тому, чтобы диссонанс между уголовным правом и криминологическим знанием был минимальным.

Предупреждение преступлений является той задачей, которую можно решать, прикладывая все усилия, как физические, так и нормотворческие.

Поэтому мы считаем, что недоброкачественный ремонт транспортных средств и выпуск их в эксплуатацию с техническими неисправностями; разрушение, повреждение, приведение иным способом в негодное для эксплуатации состояние технических систем транспорта и блокирование транспортных коммуникаций как самостоятельные формы преступного поведения, необходимо закрепить в законе раздельно друг от друга, придав им самостоятельное уголовно-правовое выражение.

Верное лексическое отражение признаков преступного поведения в уголовном законе является залогом успеха в нормотворчестве.Как правоприменитель, так и потерпевший становятся «застрахованными» от неблагоприятных последствий расхождения сути общественно опасного явления и ее законодательного выражения.

Четкое обрамление признаков уголовно-правовой нормы в Уголовном кодексе стабилизирует законодательство, облегчает правоприменение и сужает возможные отрицательные аспекты уголовно-правового и криминологического прогнозирования.

Максимально доступное определение признаков состава преступления облегчает процесс квалификации преступлений и обеспечивает меньшее приложение усилий к познанию сути уголовно-правого запрета.

  • 1
  • 2
  • 3
Проблемы и решения: 

В этом институте уголовного закона (за исключением ст. 267 УК) говориться о нарушении специальных правил на транспорте – движения и эксплуатации, ремонта и выпуска, а также строительства применительно к магистральным трубопроводам. Грамматическое толкование признаков преступного деяния состава преступления, предусмотренного ст. 263 УК, позволяет сделать вывод о наличии логического диссонанса между сущностью признаков преступного явления и ее текстуальным выражением. Движение и эксплуатация железнодорожного, воздушного, морского и внутреннего водного видов транспорта, а также метрополитена поставлены в законе во взаимозависимое положение союзом «и». Буквально из этого следует, что совершение данного преступления по законодательной логике возможно только при наличии обоих видов нарушений. Однако, техническая, правоприменительная и судебная практика свидетельствуют об обратном. Причинение преступных последствий возможно как в результате нарушения правил безопасности движения на данных видах транспорта, так и нарушения правил их эксплуатации. Движение и эксплуатация – несколько разные сферы извлечения полезных свойств источника повышенной опасности. Они имеют, как правило, неодинаковую правовую природу и нормативное регулирование. Нарушение правил безопасности движения этих видов транспорта может представлять такую же опасность, как и нарушение правил их эксплуатации. Кроме того, законодатель в ст.ст. 264 и 268 УК, где речь ведется о нарушении аналогичных правил, указал между признаками преступного поведения союз «или», тем самым, показав их самостоятельное уголовно-правовое значение. Практика не лишена примеров, когда ущерб отношениям транспортной безопасности причинялся в результате нарушения обоих видов правил. Таким образом, является очевидной необходимость замены союза «и» на одновременное указание как союза «и», так и «или» между признаками преступного поведения, указанного в диспозиции ст. 263 УК.

Поэтому мы считаем, что недоброкачественный ремонт транспортных средств и выпуск их в эксплуатацию с техническими неисправностями; разрушение, повреждение, приведение иным способом в негодное для эксплуатации состояние технических систем транспорта и блокирование транспортных коммуникаций как самостоятельные формы преступного поведения, необходимо закрепить в законе раздельно друг от друга, придав им самостоятельное уголовно-правовое выражение.

Верное лексическое отражение признаков преступного поведения в уголовном законе является залогом успеха в нормотворчестве. Как правоприменитель, так и потерпевший становятся «застрахованными» от неблагоприятных последствий расхождения сути общественно опасного явления и ее законодательного выражения.

Четкое обрамление признаков уголовно-правовой нормы в Уголовном кодексе стабилизирует законодательство, облегчает правоприменение и сужает возможные отрицательные аспекты уголовно-правового и криминологического прогнозирования.

Максимально доступное определение признаков состава преступления облегчает процесс квалификации преступлений и обеспечивает меньшее приложение усилий к познанию сути уголовно-правого запрета.

Язык статьи: 
Русский
Zip_слово: 
Транспорт
Отрасли: 
Уголовное право
Описание статьи / тезисов
Публикуются: 
Статья
Тип статьи / тезисов: 
Теоретическая
Article name /Название статьи (анг.): 
Some aspects of the improvement of criminal responsibility for traffic crimes
Аннотация: 

В работе рассматриваются некоторые вопросы совершенствования уголовного законодательства в сфере безопасности движения и эксплуатации транспорта, обусловленные логическим диссонансом между сущностью общественной вредности некоторых транспортных правонарушений и их текстуальным выражением в уголовном законодательстве. Автор предлагает ряд выводов по повышению эффективности уголовно-правовых запретов.

Annotation/ Аннотация (анг.): 

In this paper examines some issues of improving criminal law in the area of traffic safety and operation of transport that caused by the logical dissonance between the essence of the social harm of some traffic crimes and their textual expression in the criminal legislation. The author offers some conclusions on the improve the efficiency of criminal law prohibitions.

Статус статьи/тезисов: 
Публикуется впервые
Журнал
Название журнала: 
Правовые технологии
Год: 
2011
Сборник
Год: 
2011
Аватар пользователя Козун Александр  Владимирович

Некоторые аспекты совершенствования уголовной ответственности за транспортные преступления

  • Текст
  • Кратко
  • Справка
  • Рецензии*

«Выражение законодательной мысли в словах, при современном состоянии юриспруденции, как говорил П.И.Люблинский, представляет собой сложный технический процесс, изучение которого имеет несомненную важность для правильного понимания велений закона.Техническое несовершенство есть несовершенство всего права, недостаток, который наносит ущерб всем формам, задачам и целям права.Особенной сложности достигает этот процесс в современных кодексах, стремящихся достигнуть одновременно трех основных качеств: краткости, ясности и точности своих определений»1.Это высказывание классика уголовного права остается актуальным и по сей день.Многие институты и нормы уголовного законодательства Российской Федерации и, в частности, глава о транспортных преступлениях требуют определенной корректировки и совершенствования.

Одним из основных приемов правильного построения законодательной материи является четкое выражение сути преступления через признаки состава правонарушения в конкретной статье Уголовного кодекса (Далее – УК) либо их совокупности.Вместе с тем, исследование основной части составов преступлений, посягающих на безопасность движения и эксплуатации транспорта (ст.ст.263-269 УК) свидетельствует о том, что законодатель не всегда последователен в технике построения норм уголовного закона.В этом институте уголовного закона (за исключением ст.267 УК) говориться о нарушении специальных правил на транспорте – движения и эксплуатации, ремонта и выпуска, а также строительства применительно к магистральным трубопроводам.Грамматическое толкование признаков преступного деяния состава преступления, предусмотренного ст.263 УК, позволяет сделать вывод о наличии логического диссонанса между сущностью признаков преступного явления и

ее текстуальным выражением.Движение и эксплуатация железнодорожного, воздушного, морского и внутреннего водного видов транспорта, а также метрополитена поставлены в законе во взаимозависимое положение союзом «и».Буквально из этого следует, что совершение данного преступления по законодательной логике возможно только при наличии обоих видов нарушений.Однако, техническая, правоприменительная и судебная практика свидетельствуют об обратном.Причинение преступных последствий возможно как в результате нарушения правил безопасности движения на данных видах транспорта, так и нарушения правил их эксплуатации.Движение и эксплуатация – несколько разные сферы извлечения полезных свойств источника повышенной опасности.Они имеют, как правило, неодинаковую правовую природу и нормативное регулирование.Нарушение правил безопасности движения этих видов транспорта может представлять такую же опасность, как и нарушение правил их эксплуатации.Кроме того, законодатель в ст.ст.

264 и 268 УК, где речь ведется о нарушении аналогичных правил, указал между признаками преступного поведения союз «или», тем самым, показав их самостоятельное уголовно-правовое значение.Практика не лишена примеров, когда ущерб отношениям транспортной безопасности причинялся в результате нарушения обоих видов правил.Таким образом, является очевидной необходимость замены союза «и» на одновременное указание как союза «и», так и «или» между признаками преступного поведения, указанного в диспозиции ст.263 УК. Следует отметить, что данное предложение далеко не является новым, поскольку в разное время о подобном изменении закона уже высказывались такие ученые как А. И.Коробеев, А. И. Чучаев, А.В.Галахова, Б.А.Куринов и др.Но до сих пор оно не является воспринятым законодателем.

Своеобразной «визитной карточкой» каждой статьи уголовного закона является ее название.В связи с этим, нам представляется целесообразной замена соединительного союза «и» на одновременное закрепление в признаках названия нормы как соединительного так и разделительного

союзов в рамках ст.ст.263, 264 и 266 УК.При такой формулировке названий этих норм закон будет адекватно отражать их сущность, облегчит процесс толкования и применения уголовно-правовых запретов.

По этому поводу справедливо замечание профессора А.И.Коробеева, который говорит, что «...при конструировании норм об ответственности за некоторые виды транспортных преступлений нельзя игнорировать специфики характера нарушаемых правил.Следует не только сохранить ныне существующее разграничение составов в зависимости от характера нарушаемых правил, но и продолжить эту тенденцию до ее логического завершения, т.е.установить в отдельных нормах ответственность за нарушение правил безопасности движения всех видов транспорта и за нарушение правил безопасности их эксплуатации, ремонта (курсив мой К.А.)»2.Такой подход позволит обеспечить одномасштабную оценку посягательств на различные стороны безопасного функционирования всех видов механических транспортных средств и преодолеть, наконец, имеющиеся пробелы в их неадекватной уголовной наказуемости3.

Необходимо обратить внимание законодателя также на то, что закрепление в одной диспозиции закона (например, в ст.ст.266 и 267 УК) нескольких самостоятельных составов преступления отрицательно сказывается на выяснении действительной картины состояния преступности, не способствует выявлению ее действительных тенденций.Это влечет за собой перверсионную латентность.Между тем, очевидно, что в процессе законотворчества необходимо стремиться к тому, чтобы диссонанс между уголовным правом и криминологическим знанием был минимальным.

Предупреждение преступлений является той задачей, которую можно решать, прикладывая все усилия, как физические, так и нормотворческие.

Поэтому мы считаем, что недоброкачественный ремонт транспортных средств и выпуск их в эксплуатацию с техническими неисправностями; разрушение, повреждение, приведение иным способом в негодное для эксплуатации состояние технических систем транспорта и блокирование транспортных коммуникаций как самостоятельные формы преступного поведения, необходимо закрепить в законе раздельно друг от друга, придав им самостоятельное уголовно-правовое выражение.

Верное лексическое отражение признаков преступного поведения в уголовном законе является залогом успеха в нормотворчестве.Как правоприменитель, так и потерпевший становятся «застрахованными» от неблагоприятных последствий расхождения сути общественно опасного явления и ее законодательного выражения.

Четкое обрамление признаков уголовно-правовой нормы в Уголовном кодексе стабилизирует законодательство, облегчает правоприменение и сужает возможные отрицательные аспекты уголовно-правового и криминологического прогнозирования.

Максимально доступное определение признаков состава преступления облегчает процесс квалификации преступлений и обеспечивает меньшее приложение усилий к познанию сути уголовно-правого запрета.

  • 1
  • 2
  • 3
Проблемы и решения: 

В этом институте уголовного закона (за исключением ст. 267 УК) говориться о нарушении специальных правил на транспорте – движения и эксплуатации, ремонта и выпуска, а также строительства применительно к магистральным трубопроводам. Грамматическое толкование признаков преступного деяния состава преступления, предусмотренного ст. 263 УК, позволяет сделать вывод о наличии логического диссонанса между сущностью признаков преступного явления и ее текстуальным выражением. Движение и эксплуатация железнодорожного, воздушного, морского и внутреннего водного видов транспорта, а также метрополитена поставлены в законе во взаимозависимое положение союзом «и». Буквально из этого следует, что совершение данного преступления по законодательной логике возможно только при наличии обоих видов нарушений. Однако, техническая, правоприменительная и судебная практика свидетельствуют об обратном. Причинение преступных последствий возможно как в результате нарушения правил безопасности движения на данных видах транспорта, так и нарушения правил их эксплуатации. Движение и эксплуатация – несколько разные сферы извлечения полезных свойств источника повышенной опасности. Они имеют, как правило, неодинаковую правовую природу и нормативное регулирование. Нарушение правил безопасности движения этих видов транспорта может представлять такую же опасность, как и нарушение правил их эксплуатации. Кроме того, законодатель в ст.ст. 264 и 268 УК, где речь ведется о нарушении аналогичных правил, указал между признаками преступного поведения союз «или», тем самым, показав их самостоятельное уголовно-правовое значение. Практика не лишена примеров, когда ущерб отношениям транспортной безопасности причинялся в результате нарушения обоих видов правил. Таким образом, является очевидной необходимость замены союза «и» на одновременное указание как союза «и», так и «или» между признаками преступного поведения, указанного в диспозиции ст. 263 УК.

Поэтому мы считаем, что недоброкачественный ремонт транспортных средств и выпуск их в эксплуатацию с техническими неисправностями; разрушение, повреждение, приведение иным способом в негодное для эксплуатации состояние технических систем транспорта и блокирование транспортных коммуникаций как самостоятельные формы преступного поведения, необходимо закрепить в законе раздельно друг от друга, придав им самостоятельное уголовно-правовое выражение.

Верное лексическое отражение признаков преступного поведения в уголовном законе является залогом успеха в нормотворчестве. Как правоприменитель, так и потерпевший становятся «застрахованными» от неблагоприятных последствий расхождения сути общественно опасного явления и ее законодательного выражения.

Четкое обрамление признаков уголовно-правовой нормы в Уголовном кодексе стабилизирует законодательство, облегчает правоприменение и сужает возможные отрицательные аспекты уголовно-правового и криминологического прогнозирования.

Максимально доступное определение признаков состава преступления облегчает процесс квалификации преступлений и обеспечивает меньшее приложение усилий к познанию сути уголовно-правого запрета.

Язык статьи: 
Русский
Zip_слово: 
транспорт
Статус автора: 
Преподаватель
Отрасли: 
Особенная часть
Уголовное право
Описание статьи / тезисов
Публикуются: 
Статья
Тип статьи / тезисов: 
Практическая
Article name /Название статьи (анг.): 
Some aspects of the improvement of criminal responsibility for traffic crimes
Аннотация: 
В работе рассматриваются некоторые вопросы совершенствования уголовного законодательства в сфере безопасности движения и эксплуатации транспорта, обусловленные логическим диссонансом между сущностью общественной вредности некоторых транспортных правонарушений и их текстуальным выражением в уголовном законодательстве. Автор предлагает ряд выводов по повышению эффективности уголовно-правовых запретов.
Annotation/ Аннотация (анг.): 
In this paper examines some issues of improving criminal law in the area of traffic safety and operation of transport that caused by the logical dissonance between the essence of the social harm of some traffic crimes and their textual expression in the criminal legislation. The author offers some conclusions on the improve the efficiency of criminal law prohibitions.
Направляется в редакцию: 
Журнал "Правовые технологии"
Статус статьи/тезисов: 
Публикуется впервые
Журнал
Название журнала: 
Правовые технологии
Ленты новостей